ДЛЯ БАРАБАНА, ИЛИ СЕВИЛЬСКОЕ ПРИЧАСТИЕ

Артуро ПЕРЕС-РЕВЕРТЕ


Амайе - за её дружбу.
Хуану - за то, что заставлял меня работать без передышки.
Родольфо - он сам знает, за что.

Все персонажи настоящего романа - священники, банкиры, пираты, герцогини и мошенники - являются
вымышленными, как и описываемые в нем события, так что какое бы то ни было сходство их с реальными лицами и
фактами следует считать случайным. Здесь все - выдумка, за исключением сцены, на которой разворачивается действие.
Никто не смог бы выдумать такого города, как Севилья.

Хакер проник в центральную
компьютерную систему Ватикана за одиннадцать минут до полуночи. Через тридцать пять секунд один из мониторов,
соединенных с основной сетью, подал сигнал тревоги. Легкое мигание на его экране означало, что в ответ на вторжение
извне автоматически включился контроль безопасности. Затем в углу экрана появились буквы ЯК, и дежурный иезуит,
оторвавшись от обработки данных последней переписи населения Ватикана, снял телефонную трубку, чтобы
проинформировать начальника службы.
- У нас тут гость, - сообщил он.
Застегивая на ходу сутану, отец Игнасио Арреги, также иезуит, вышел в коридор и торопливо, почти бегом, преодолел
полсотни метров, отделявшие его комнату от машинного зала. Он был худ, даже костляв; скрип его ботинок громко
отдавался в полумраке под расписными сводами коридора. Мельком глянув в окно на пустынную в этот час Виа-делла-
Типографиа и на темный фасад дворца Бельведера, отец Арреги тихонько выругался сквозь зубы. Он злился больше из-за
того, что его разбудили, едва он успел заснуть, чем из-за вторжения. Хакеры занимались этим частенько, не нанося, впрочем,
сколько-нибудь значительного вреда. Обычно они не проникали дальше внешней границы системы безопасности, оставляя в
качестве свидетельства своего визита небольшое послание или безобидный вирус: плод тщеславного стремления заявить о
себе. В основном это были совсем зеленые юнцы - любители путешествовать по телефонным линиям, испытывая на
прочность чужие системы: а ну как повезет, а ну как удастся пробраться в Чейз-Манхэттен-банк, в Пентагон или Ватикан? От
таких приключений у них просто дух захватывало.
Дежурным по компьютерному залу в ту ночь был отец Куи, полный молодой ирландец. Озабоченно хмурясь и щуря глаза
за стеклами очков, он прямо-таки припал грудью к клавиатуре, следя за продвижением хакера. Когда подошел отец Арреги,
он поднял голову, и лицо его, наполовину освещенное снизу настольной лампой, выразило облегчение.
- Как хорошо, что вы пришли, падре!
Вновь прибывший оперся руками о стол отца Куи и внимательно вгляделся в экран дисплея, на котором помаргивали
красные и синие значки. Система автоматического поиска цепко держала сигнал взломщика.
- Что-нибудь серьезное? - вполголоса спросил отец Арреги.
- Возможно, да.
За последние два года нечто действительно серьезное произошло лишь однажды, когда очередной хакер запустил в
ватиканскую сеть вирус, который, размножаясь, полностью заблокировал всю систему. Ее очистка и ликвидации последствий
обошлись в полмиллиона долларов, а пиратом, как выяснилось в результате долгих и сложных поисков, оказался
шестнадцатилетний парнишка из маленького поселка где-то на побережье Голландии. Было, правда, еще несколько попыток
внедрения вирусов или программ-убийц, но их удалось пресечь в самом начале. В одном случае "пошалил" молодой мормон
из Солт-Лейк-Сити, в другом - общество исламистов-интегристов со штаб-квартиры в Стамбуле, в третьем - свихнувшийся
на почве воздержания священник-француз. Он сидел в психушке и, пользуясь по ночам местным компьютером, за полтора
месяца успел внедрить в сорок два ватиканских файла вирус, который забивал экраны дисплеев