ГРИШЕМ


Глава 1

Марку было одиннадцать, но уже года два он покуривал. Ему больше нравился "Кулз", любимый сорт его бывшего
папаши, но мать курила по две пачки "Вирджинии Слимз" в день, и в среднем за неделю ему удавалось позаимствовать штук
десять - пятнадцать. Мать его много работала, жилось ей трудно, воспитывать сыновей было некогда, и, к тому же, ей в
голову не могло прийти, что ее старший в одиннадцать лет уже курит.
От случая к случаю, ему перепадала за доллар пачка "Мальборо", украденная воришкой Кевином, живущим через две
улицы. Но в основном приходилось рассчитывать только на "Вирджинию Слимз".
В тот день у него в кармане было четыре сигареты, и он вел своего брата, восьмилетнего Рикки, по тропинке в лес за
стоянкой трейлеров. Рикки очень нервничал по поводу первого опыта курения. Вчера он застукал Марка, когда тот прятал
сигареты в коробку из-под обуви под кроватью, и пригрозил рассказать матери, если старший брат не научит его курить. Они
осторожно пробирались через лес к тому тайному месту, где Марк проводил часы в одиночестве, пытаясь научиться пускать
дым кольцами.
Большинство ребят по соседству увлекались пивом и травкой, но Марк дал себе твердое обещание избегать и того и
другого. Его бывший папаша был алкоголиком, который колотил свою жену и сыновей, и случалось такое, как правило,
после обильных возлияний. Так что Марк почувствовал действие алкоголя на своей собственной шкуре. Опасался он и
наркотиков.
- Ты что, заблудился? - спросил Рикки, совсем как маленький, когда они свернули с тропинки и начали пробираться через
густые высокие заросли кустарника.
- Да заткнись ты, - ответил Марк, не замедляя шага. Когда их отец бывал дома, он либо пил, либо спал, либо измывался
над ними. Слава Богу, теперь они от него избавились. В течение пяти лет Марк заботился о Рикки и сейчас чувствовал себя
одиннадцатилетним отцом. Он учил его играть в футбол и кататься на велосипеде. Он рассказал ему все, что знал сам, о
сексе. Он предупреждал его о наркотиках и защищал от шпаны. И он испытывал угрызения совести, приобщая его к такому
злу, как курение. Но ведь это только сигарета. Могло быть значительно хуже.
Заросли кончились, и они очутились под большим деревом, с одной из ветвей которого свисала веревка. Вокруг была
небольшая полянка, окруженная кустарником, за которым начиналась грунтовая дорога, ведущая за холм. Издалека
доносился шум загруженного шоссе.
Марк остановился и показал на лежащее на земле бревно.
- Садись, - велел он, и Рикки послушно опустился на бревно и внимательно огляделся, как преступник, опасающийся
полиции. Марк окинул его бдительным оком сержанта-инструктора и достал сигарету из кармана рубашки. Он держал ее
большим и указательным пальцами и всем видом старался показать, что для него это дело привычное.
- Ты знаешь правила, - произнес он, глядя вниз на сидящего Рикки.
Правил было только два, и они обсуждали их десятки раз сегодня, и Рикки обижался, что Марк обращается с ним как с
ребенком. Он посмотрел в сторону и сказал:
- Да, если я проболтаюсь, ты дашь мне взбучку.
- Правильно.
Рикки сложил руки.
- И я могу курить только одну сигарету в день.
- Опять правильно. И берегись, если я узнаю, что ты куришь больше. И если я поймаю тебя с пивом или наркотой, то...
- Знаю, знаю. Ты задашь мне взбучку.
- Точно.
- А ты сколько в день куришь?
- Только одну, - соврал Марк. Иногда действительно только одну. В другие дни - три или четыре, в зависимости от того,
сколько их у него было. Он прикусил фильтр, совсем как гангстеры в фильмах.
- А одна в день не убьет меня? - спросил Рикки. Марк вынул сигарету.
- Очень нескоро. Одна в день - довольно безопасно. Но если больше, жди беды.
- А сколько мама выкуривает в день?
-